Дневник пчеловода: пасека в июле

Дневник пчеловода: пасека в июле

Я очень доволен своей работой в стационарной пасеке. Главное ее преимущество перед кочевой пасекой — меньшая загрузка пчеловода и отсутствие стрессов, сопутствующих кочевкам. Тем временем этих двух факторов пчеловоды часто не принимают во внимание, хотя во многих случаях они должны быть решающими. Этим замечанием я ни в коей мере не хочу подвергать сомнению значение кочевок и роль пчел в опылении. В то же время совершенно очевидно, что собственные расходы в стационарной пасеке значительно меньше. По-моему, кочевками должны заниматься, скорее, люди молодые и сильные.

С другой стороны существует мнение, что возможности использования пчел на одном месте ограничены и хозяйство такое мало рентабельно. Так может быть, но — не должно. Ведь существует множество способов увеличения пасечной продукции. Например, дополнительный сбор пыльцы вполне может заменить один выезд на нектарный взяток. Следует брать в расчет и трудоемкость, которая в этом случае значительно меньше. Дальнейшие возможности повышения рентабельности пасеки — это, например, интенсификация сбора воска и прополиса, продукция маточного молочка, выведение маток (потребность в матках удовлетворяется в настоящее время в минимальной степени), а в будущем, возможно, получение яда. Можно также попробовать производить секционный мед.
Считаю, что из всех перечисленных решений наиболее рентабельным и, вообще говоря, наиболее полезным для общества, является сбор пыльцы. Пыльца должна стоять на первом месте в кругу интересов пчеловода. К сожалению, производство это неизвестно почему (пожалуй, только по вине печати) находится в забвении. Мало того, пыльцой можно обогатить другие пчелопродукты.
Бесспорно, что интенсивное хозяйство требует больше профессиональных знаний, и речь идет главным образом о том, чтобы результат был эффектом именно этих знаний, а не увеличивающихся трудозатрат. При интенсивном хозяйстве работа пчеловода разностороннее и значительно интереснее. Разнородность продукции положительно влияет на психику пчеловода, давая ему большое удовлетворение от достигнутых результатов.
В июле работа — уже поспокойнее. Во второй половине месяца в окружении моей пасеки остается лишь только 25% ежегодных взятков: еще немного липы, попеременно — золотарник (золотая розга) и донник. Кое-где на лесных полянах просвечивается чабрец, но все взятки после липы идут уже только на развитие семей.
В июле наиболее важными работами на моей пасеке являются следующие:
1) сбор и сушка пыльцы (с 1-го по 31-е),
2) подсадка маток (с 3-го по 5-е),
3) последняя откачка меда (с 11-го по 20-е),
4) сборка зимних гнезд и пополнение основных запасов (с 11-го по 20-е),
5) борьба с варроатозом (с 11-го по 27-е),
6) начало осеннего стимулирования червления (с 25-го по 31-е).
Как я уже писал в июне, замену маток я провожу в 50% ранее отобранных продуктивных семей во всей пасеке. Осиротив семью (около 25 июня), срываю свищевые маточники (около 3-го июля) и на их место ставлю клеточки с неплодными матками. Существующая биологическая ситуация в семье исключительно благоприятствует принятию матки, поскольку пчелы ожидают ее: из собственного маточника. Дополнительную информацию на эту тему я приведу еще при описании противоварроатозных мероприятий.
Последняя откачка меда на пасеке состоит в извлечении почти всех рамок с медом, независимо от степени заполнения медом ячеек. Многочисленные соты откачиваю по этапам. Незапечатанный и очень жидкий мед снова возвращаю пчелам. Над повторной переработкой трудятся 2…3 наиболее сильные семьи. Мед из полностью запечатанных сотов откачиваю и храню отдельно. Только такой мед, с уверенностью можно сказать, содержит не более 17% воды. По Борнусу, содержание воды в меде выше этого уровня грозит ферментацией, вызываемой дрожжевыми грибками, огромные количества которых находятся в воздухе. Развитие дрожжевых грибков приостанавливает низкая температура (ниже — 11’С), а высокая — убивает. На перерабатывающих предприятиях мед может подвергаться технологической обработке при 57’С, а иногда и при 77’С. Поэтому более жидкий мед, но в норме (воды не более 20 -23% ), продаю в первую очередь, но предупреждаю покупателей, что они не могут долго хранить его на полках, тем более, что хранят его обычно в неблагоприятных условиях. Самая лучшая температура для хранения меда 11 -14’С. И нет никакой тайны в том, что потребитель, желая иметь мед высшего качества, обращается только к пчеловоду. И делом нашей чести следует считать сохранение этого доверия.
Гнезда на зиму собираю одновременно со снятием надставок. Самые теплые (наиболее темные, но не далее, чем прошлогодние) соты ставлю в центр гнезда. Это в большой степени способствует правильному формированию зимнего клуба. Чаще всего — это только что откачанные соты. Попеременно, через один сот, ставлю перговые рамки. В это время (около 15 -20 июля) удаляю остальные изоляторы из ульев группы Б. Ранее, около 25 июня, я удалял их из семей группы А, предназначенных для замены маток.
Пополняю основные запасы тотчас же после откачки меда из надставок и некоторых гнездовых рамок. Даю семье в общем около 5 литров густого сиропа, день за днем, в двух порциях. Необходимо помнить, что отсутствие таких запасов ограничит червление маток, которое как раз и интересует нас в ближайшее время. Через 2 дня вынимаю одну рамку из центра гнезда, переставляю ее за затвор, а на ее место ставлю пустой сот, для червления. Меняю потому, что сот обычно оказывается залитым сиропом. Пчел кормлю всегда на ночь, чтобы избежать грабежа, с которым в это время дело обстоит довольно просто.
Приступаю к борьбе с варроатовом. Она должна проводиться в оптимальные сроки, т. е. наиболее благоприятные для пчеловода и при наилучшей биологической ситуации в пчелиной семье. В моей пасеке это зависит от согласования между собой 3-х факторов:
1) удаления меда после последнего взятка,
2) избавления от крытого расплода на пасеке,
3) срока начала червления на зимнюю пчелу.
Как известно, такое (интенсивное) червление должно начаться уже с 20 июля. В эти же сроки понадобится определенный период, когда в ульях не будет крытого расплода. Из всех методов борьбы с клещом Варроа такой подход к решению вопроса считаю наилучшим, поскольку он наиболее результативен и в разрезе всего сезона занимает не много времени.
Реализация этой задачи в моей пасеке идет по двум путям: в половине пасеки (группа А) она связана с заменой маток, а в другой половине (группа Б) дело обстоит еще проще — стоит только извлечь в соответствующее время 2 рамки расплода из изолятора. В семьях, в которых меняю маток, после их удаления (около 25 июня) вся пчела выйдет из расплода до 17 июля. Если взяток с липы уже закончился, то, после откачки меда, с 17-го июля мы уже можем начинать борьбу с варроатозом. Я окуриваю пчел однократно полосками Фумилата или Варромата. Окончательный срок мероприятий определяет момент начала червления молодых маток и возраст расплода, т. к. самка Варроа входит в ячейку только с 5-дневной личинкой. А поскольку молодые матки, подсаженные около 3-го июля, начнут червление в среднем только через 2 недели, то на выполнение окуривания в состоянии Без крытого расплода остается время от 17 до 27 июля, т. е. 10 дней.
В другой части пасеки (группа Б), в которой я не меняю маток, период этот короче, но — постоянен, и составляет 8 дней. Начинается он с освобождения матки из изолятора и удаления расплода. Около 40 рамок этого расплода я сортирую. Из половины сотов (самых аккуратных и наиболее заполненных расплодом) я составляю две запасные семьи, которые окуриваю 4 раза через каждые 3 дня. Остальные соты перетапливаю. Чтобы не прозевать конечных сроков мероприятий, нужно уловить момент начала червления подсаженных (в группе А) и выпущенных из изоляторов (в группе Б) маток. Это требует систематического контроля. С целью избежать дополнительных мероприятий, стараюсь окуривание проводить в начале безрасплодных периодов.
В последнее время я ввел в группе А дополнительный прием, а именно: около 15 июля каждая семья получает по одной рамке с 3-дневными яичками, извлеченной из изоляторов семей группы Б. Таким образом мне удается:
1) ускорить контроль приема матки примерно на 10 дней,
2) дополнительно подселить семью молодыми пчелами- кормилицами.
Время окуривания сокращается, правда, до 5-ти дней, но все же и этого достаточно.
При случае стоит напомнить, что в содержании пчел максимальный эффект достигается только тогда, когда строго выдерживаются сроки проведения отдельных приемов. Вот почему так важны четко ведущиеся пасечные заметки. Например: перемещение только на 1 день последнего срока окуривания, полностью перечеркивает нашу подготовку в течение всего месяца, поскольку клещи окажутся в уже запечатанных ячейках. Как я уже писал, окуривание провожу специальными дымящими полосками.
Организация приема окуривания очень проста. С утра еще перед полетами, затыкаю летки губкой на 15 минут. Полосочку закрепляю в держателе (рейке, заканчивающейся канцелярской скрепкой), поджигаю над пламенем свечи и просовываю в специальное отверстие в боковой стенке многофункционального дна — под рамки гнезда. Непосредственно перед окуриванием ящичек для пыльцы выстилаю белой бумагой для диагностики осыпи клеща. Все это отнимает у меня не более 2-х минут на каждый улей. После окуривания главная часть клеща, удирая в направлении летка, падает через сетку в ящичек для пыльцы. И уже через 2 часа можно определить степень заклещенности семьи. На моей пасеке в течение последних 2-х лет она в июле не превышала 100 шт. на улей. Из профессиональной литературы следует, что это 1-я степень опасности, практически не угрожающая правильному развитию пчелосемьи. Раньше бывало и больше, но никогда не было более 500 шт. Знаю, что тут нечем хвастаться, но делаю это на потеху коллегам-пчеловодам. Тем не менее, до сих пор я не потерял ни одной семьи из-за варроатоза.
В течение всего августа в межвзяточные паузы и во время плохой погоды я стимулирую червление сиропом. В это время вокруг пасеки появляется еще много поддерживающих взятков. Молодые (этого года) матки червят исключительно хорошо, даже если «железный запас» окажется изрядно пошатнувшимся. Прошлогодние матки, как правило, ограничивают червление, но и тут бывают исключения. Семьям, которые развиваются динамично, подставляю по одной рамке суши в середину гнезда для зачервления; возможно позже ее придется переставить в более слабую семью. Подготовка достаточного количества молодых зимних пчел в ближайший период — это главная задача пчеловода.
Сколько меда взял с улья? Очень часто задаем мы друг другу этот вопрос. Сам же я его никогда так не ставлю. Сначала спрашиваю о взяточных возможностях, потом — сколько мог взять, и в конце только — сколько взял? Чаще всего на такой вопрос отвечаю вопросом: а сколько можно взять только с поддерживающих взятков? С базы, которая не имеет ни одного товарного взятка? Если в такой ситуации я с одной продуктивной единицы беру 20 -:30 кг, то мало это или много? Это правда, что на единицу приходится 2 улья; 2 отдельных великопольских корпуса, которые вместо того, чтобы стоять друг над другом, стоят рядом друг с другом. И то правда, что матки червят в каждом из них весь сезон только на двух рамках (в противном случае все бы слопал расплод!), т. е. пчел в этих ульях меньше, чем в любом однокорпусном. Не следует ли оценивать результаты иначе: сколько взятков, сколько пчел и, наконец, сколько меда?
Остается еще вопрос, требующий разъяснения: зачем та- кое количество приемов и насколько велика их трудоемкость? Ответ прост. Во-первых, без этих приемов на моих взятках я не имел бы меда вообще! Во-вторых, разнородность приемов совсем не говорит о сверх меры увеличившейся трудоемкости: вопрос решает правильная организация труда и хороший инвентарь. А в-третьих, все же «без труда не вытащишь и рыбку из пруда!»
Только труд дает шансы на удовлетворительные результаты, особенно, когда он выполняется с большим удовольствием!
И в заключение — необычный репортаж, прямо как у журналистов!
Недавно мне удалось узнать, о чем разговаривают пчелы у меня на пасеке. Я коварно подсунул микрофон в улей и записал доклад кормилиц и разведчиц, который они делали матке за июнь. Страшно возбужденные, они информировали: — «О, Королева! Как можно жить на таких взятках и в таком улье? Он вечно шныряет в гнездо и всегда что-нибудь украдет! По научному это называется регулированием структуры семьи и отбором меда. Наши натуральные соты вечно выламывает, утверждая, что это дикая застройка. В летке — решетка с дырками, через которые едва можно протиснуться. Мы уже делали все, чтобы удрать отсюда, но Он запер тебя в этой камере с решетками, а без тебя — мы не можем. Мы его атакуем время от времени, но Он худой и быстро убегает. 0, Королева! Он, пожалуй, похуже шершня!». Раздались общий гул, жужжание и ропот пчел… Однако Королева неожиданно стала на мою защиту: «Успокойтесь! У нас нет выбора. Времена изменились — взятки становятся все хуже! Я меньше червлю, это правда, но зато мы дольше живем! Клещи Варроа нападают на нас, а Он их выкуривает. За водой вам летать почти не надо, а Он еще подсластит ее и подогреет. А тесто с пыльцой? Тоже от Него! Сделал нам многофункциональные донья, — и теперь у нас сухо зимой, а весной после облета вам не приходится их убирать. Конечно, лучше, если бы Его вообще не было, но все-таки — это не медведь: если уж и ограбит, то сейчас же вознаградит сладким сиропом!»

Запись «речи» роевой матки и молодой матки в маточнике была использована композитором Яном Кантом Павлюшкевичем в сценарии песни пчеловода «Матэр Апимондиа», исполненной при закрытии XXXI Конгресса Апимондии, состоявшегося в 1987 году в Варшаве.

http://www.fadr.msu.ru/