«Так сложились звезды…» Интервью с заместителем директора по развитию ЗАО «Нива» Инной Усковой

ЗАО «Нива» — одно из старейших хозяйств Самарской области. Хозяйство является членом Ассоциации производителей КРС голштинской породы и активно работает в части развития племенного молочного скотоводства. В этом году хозяйство примет ежегодный Автопробег «Дорогу молоку», в преддверии которого корреспондент The DairyNews побеседовал с заместителем директора по развитию ЗАО «Нива» Инной Усковой.

31.05.2016
Источник: The DairyNews
Регион:Самарская обл.

 

DN: Инна Вячеславовна, расскажите, пожалуйста, о Вашем хозяйстве.
ИУ:Наше хозяйство называется ЗАО «Нива», это одно из старейших хозяйств Ставропольского района Самарской области, бывший колхоз «Россия». Оно было основано в 1927 году и было одним из крупнейших хозяйств региона.

В 1999 году в хозяйство пришли новые собственники. На тот момент из 2500 голов скота оставалось 35, из 3500 га земли ни один фактически не обрабатывался. Хозяйство находилось в предбанкротном состоянии. Благодаря новым собственникам, колхоз у нас в порядке реорганизации превратился в ЗАО, мы взяли курс на развитие хозяйства.

DN: С чем было связано решение заниматься сельским хозяйством?
ИУ:Решение принял мой отец. Он работал в другой отрасли и… видимо так сложились звезды. В то время занимались больше растениеводством, выращивали подсолнечник, озимую и яровую пшеницу, ячмень, овес, горох.

DN: Вы говорили, что когда пришли новые собственники, земли практически не было.
ИУ:Земля была, с момента вхождения в бизнес мы начали постепенно выкупать земли, арендовать, развиваться.
С 2010 года у нас пошло развитие, мы взяли курс на молочное животноводство, приобрели в порядке конкурсного производства молочно- товарную ферму. Стали заниматься ее реконструкцией. Долго думали, в каком направлении двигаться. Вначале мы занялись реконструкцией двух коровников и сделали реконструкцию телятника. В первую очередь перешли от привязного содержания к беспривязному. И начали завозить скот. В тоже время я пришла в хозяйство – папа позвал на помощь.

DN: На тот момент какое было поголовье?
ИУ:Никакого. Это было полностью обанкроченное предприятие, чтобы нам ничего не досталось, они весь скот оперативно вырезали.

DN: То есть это чисто реконструированная ферма?
ИУ:Да. Сегодня мы постепенно продолжаем реконструкцию, каждый год делаем что-то новое.
В сентябре 2010 года мы начали завозить поголовье. По 20, по 30 голов. Первое поголовье было 190 голов. Тогда в регионе заработала новая программа ГУП «Велес», которая позволяла скот брать по товарному кредиту. Программа интересная, она дала нам, первоначально, без вкладывания собственных средств, возможность поставить скот.

DN: Вы сразу голштинов покупали?
ИУ:Мы поставили себе цель, что лучше покупать племенных животных. С ними можно быстрее наращивать потенциал поголовья, поэтому мы брали скот только в племпредприятиях. И тогда мы про голштинов еще ничего не знали. Мы покупали черно-пестрый голштинизированный скот. На этом этапе было совершено много ошибок.  Катастрофически не хватало знаний, практических навыков. Стремление к высоким надоям через увеличение концентратной группы привело к большим проблемам в вопросах здоровья животных.   Голштинская порода самая продуктивная  и экономически целесообразная порода в мире,  но требует определенного уровня компетенций персонала для эффективной работы  с ней. К сожалению, ни продавцы животных, в основном, кроме племзавода «Пижанский» Кировской области, не показали порядочного отношения к  системе учета,  ни поставщики биоматериала не смогли нам предоставить комплексного подхода в работе с этой породой   и разделить  ответственность  за производственные показатели. У  продавцов биоматериала   были свои аргументы, почему их продукт самый лучший. Независимого эксперта  на том этапе в этих вопросах найти не смогли.

В 2011 году у нас организовалась совместная  поездка  с Самарской и Ульяновской областями в Чешскую Республику на животноводческие комплексы  Люмира  Груссманна.  Для нас  это была отправная точка в развитии нашего хозяйства, потому что я совсем другими глазами посмотрела на животноводство и поняла, к чему нужно стремиться. У нас произошла своего рода революция.

В работе с Люмиром  и его племенным предприятием  «Геносервис Руско» мы начали прежде всего с налаживания вопросов кормления, деления на физиологические группы, работы персонала, создания комфорта животным. Без решения этих вопросов обсуждение выбора быка и работы с генетикой  уходит далеко на второй план. Только  после четкого понимания перспективы развития хозяйства, выстроенной, хотя бы в основе  системы работы менеджмента  под кураторством наших чешских  коллег, мы приняли решение  в 2014 году о завозе первой партии в количестве 102 голов чистопородных голштинских нетелей из Германии.

DN: И к чему нужно стремиться?
ИУ:Нужно стремиться, во-первых, повышать потенциал своих животных. Когда мы  обсуждаем производственные показатели с коллегами нередко слышим: у нас 6 тысяч и нам достаточно и что выше – это нерентабельно, это большие затраты, я говорю — это неправда. Человек всегда должен стремиться к совершенству, стремиться к большему. Мы работаем, чтобы получать прибыль, и она должна быть ощутима. За счет чего мы можем получать прибыль? Только за счет наших животных. Наши животные – это наш капитал. В прошлом году мы надоили 8105 л на фуражную корову, но одни животные дают 20 литров в сутки, другие – 57. При одном и том же рационе и находящиеся в одной  физиологической группе. Это действительно потрясающе.  Это именно уровень генетики, но голштины и наши первотелки, в среднем, дают 40 литров, при этом по предприятию надой составляет, в среднем, 27 литра. Мы когда подсчитали, сами удивились. То есть животные голштинской породы за 2015 год дали  10300 кг молока. Вот она, генетика.. Поэтому мы и стремимся ее развивать.

Кроме того, мы думаем о комфорте животных, поэтому в этом году планируем построить новый корпус на 400 голов с доильным залом.

У нас сейчас реконструированная ферма, где находятся 3 коровника, в которых 3 разные группы, и в них находится система УДС, это как в летних лагерях, то есть имеется 10 постов, животные заходят, доение происходит на молокопроводе. Но доильный зал всегда лучше. Он гарантирует качество доения, показатели соматики, комфорт животных.

Сегодня одна из наших первоочередных задач — это заготовка высококачественных кормов.

DN: А что у Вас сейчас?
ИУ:Сейчас у меня приходят первотелки и дают на первой лактации 40 литров в сутки, я считаю, что для нас это очень высокий результат. Например, когда мы последние полгода делили поголовье на группы, первая группа у меня котировалась от 25 литров. Сейчас, когда перешли на 3-х разовое доение, там оставляем животных, которые дают от 29 литров. Конечно, таких животных у меня сейчас 10% стада, но моя задача, чтобы за год-полтора их было 50%. Поэтому мы усиленно работаем и разрабатываем программы по генетике. И думаю, на автопробеге «Дорога молоку»  мы расскажем  о нашей генетической программе, позволяющей уже на  ранних стадиях  жизни выявить животных, которые генетически предрасположены дать самые высокие результаты.  Это  работа  на уровне геномики.

Дальше – это работа с сексированным семенем, то, что мы начали делать в прошлом году. Это работа с телками в возрасте 13 месяцев. Наши телята единственные, кто у нас в области выставляется на выводки. И когда к нам приезжают делегации из Германии, Финляндии и говорят, что действительно удивлены такими животными, тем, что они есть в России, при этом отмечают, что это работа не одного дня, это дорогого стоит.

DN: Какие задачи на данный момент выполнила ассоциация?
ИУ:У нас задачи пролонгированного действия. Создать племенную книгу  по голштинской породе, которая в будущем бы была признана  в мире очень сложно, т.к. это системная работа  в соответствии с требованиями ICAR по идентификации всех животных, организации молочного  контроля (взятие проб в хозяйстве, работа самой лаборатории, правильное внесение информации в банк данных племенной книги), линейной  оценки. Каждодневная работа целой системы  различных субъектов племенного животноводства. Если этот процесс остановится – мы говорим, что все, мы закончили, мы умрем.

DN: То есть Вы хотите объединить всех производителей голштинского скота?
ИУ:Да. Не просто объединить, а с целью развития породы. Чтобы мы могли быть конкурентоспособными в рыночных отношениях. Не только в своей стране, но и на мировом рынке.

DN: Кто не может быть членом ассоциации и каковы условия вступления?
ИУ:Могут быть производственники, занимающиеся голштинской породой в первую очередь. Для вступления в ассоциацию на предприятиях должна быть обязательно  автоматизированная система учета скота. Вступительный взнос у нас – 20 тысяч рублей и ежегодный 15 тысяч рублей. Но с 2015 года мы вышли на другой уровень, мы принимаем участие в выставках. И, естественно, бывают целевые взносы на выставочные работы. Но самое основное – то, что у нас ведется работа над созданием племенной книги для самих заводчиков.

DN: Я слышал, что у Вас есть ограничение по надою.
ИУ:Нет. Мы не будем этого делать. Если человек желает вступить, если он хочет работать, мы должны ему открывать двери.

DN: Вы нас ждете на автопробеге?
ИУ:Мы вас ждем и уже сейчас готовим то, что мы хотели бы сделать. Даже в рамках сегодняшней поездки в Чехию я поняла, что люди владеют очень малым объемом информации по работе именно с генетикой, о ее возможностях. Иногда не нужны огромные вложения, чтобы сдвинуть свой бизнес. Можно создать систему, просто работая с людьми и этой системой. И в действительности ты сразу ощутишь результаты, поэтому наши хозяйства – это не новые фермы, это реконструированные фермы, но как раз на нашем хозяйстве можно увидеть результаты работы именно с генетикой. И мы подготовим новинки в племенном животноводстве.  Подготовим как раз племенную книгу, расскажем об этом. Думаю, будет очень интересно.

DN: Сейчас Ваше хозяйство эффективно?
ИУ:Очень эффективно. Молочное животноводство одно из самых рентабельных.
Очень важно следить за экономикой. Я могла бы сейчас давать какие-то белковые корма или добавки, но это было бы уже не рентабельно, выше головы, выше генетики ты не прыгнешь.

У нас сейчас самый удачный период в ближайшие 10 лет на развитие молочного животноводства.

DN: Себестоимость считаете с учетом финансово-кредитной нагрузки?
ИУ:Да, с учетом всего и кредитов, и амортизации. Поэтому при строительстве новых ферм всегда нужно учитывать, что за счет увеличения амортизации , себестоимость будет выше, чем на давно действующих и реконструированных фермах, поэтому и надои у животных должны быть высокими, для этого необходим высокий уровень квалификации, менеджмента, технологии и т.д. при работе с ними. И необходим ежедневный контроль за себестоимостью кормов в литре молока.

Например, себестоимость кормления в первой группе у нас 208 рублей. Себестоимость по кормлению в третьей группе, где идет конец лактации, 150 рублей, себестоимость сухостоя – 50 рублей. И когда мы говорим, что средний надой по первой группе 40 литров при цене 26,8, то получаем 1200 рублей, при затратах на кормление 208 рублей у тебя 800 рублей остается тех денег, которые ты можешь расходовать на иные части. А третья группа, средняя, 15 литров, ты с нее берешь 400 рублей, а 150 рублей уходит на кормление. Всего 250 рублей, то есть вкладывая здесь больше, не нужно кормить животное, с которого 15 литров, на 250 рублей. И в этом разделении по группам очень интересно работает экономика.

DN: Какие перспективы развития Вашего бизнеса? Вы планируете развивать поголовье или пойдете в переработку?
ИУ:Поголовье мы планируем развивать, когда построим коровник еще на 400 голов. В 2017 году мы планируем покупку племенных нетелей (голштинов из Европы). У нас и свое поголовье растет, но хочется внести свежую кровь, с высокой генетикой.

В нашем регионе большой спрос на наше молоко. Его ждут на рынке, поэтому в перспективе мы хотим ввести пастеризацию. По крайней мере, мы хотим продавать пакетированное молоко. Именно наше чистое молоко.

DN: Мы говорили про генетический потенциал. Что Вы увидели здесь, у Люмира? Как люди по-другому работают? Генетика человеческая еще важна?
ИУ:Наверное, для человека больше важна не генетика, а сознание. В первую очередь, должна работать система. Понятно, генетика животных должна идти параллельно работе с людьми.  Нужно создать такую систему, которая должна работать у вас на ферме, и ее не должно быть заметно, тогда Вы получите результат.

Например, у нас привыкли работать тихо, стабильно, как раньше. Я приехала и сказала: слово «раньше» мы забыли. Мы начинаем работать в другой формации, с другим сознанием. Мы начинаем работать так, чтобы было комфортно животному, чтобы был результат. А не как у нас привыкли: а раньше мы зеленкой кормили, а раньше мы на пастбище выводили. И самое главное, что люди очень тяжело впускают в себя что-то новое. Может, это менталитет наших людей, хотя Люмир рассказывал, что у них точно также было. То есть мы сейчас проходим тот путь, который страны Европы уже прошли. Они проходили это 15 лет. И слава Богу, что у нас есть такие консультанты, чтобы этот путь пройти быстрее, за пять лет.

DN: То есть я правильно понимаю, что Люмир решил, в первую очередь, не генетическую проблему, а ментальную? Но ведь если раньше что-то делали, то наверняка в этом был какой-то смысл?
ИУ:Очень часто бывает, что то, что ты делаешь сейчас — это давно забытое прошлое. Например, когда мы начали добавлять в корм зачищенную мочевину, у меня работники вспомнили, что в свое время делали также.

Животные сейчас требуют немного другого отношения. Более бережного, более четкого. Когда ты выходишь уже на более высокий результат, очень важны нюансы.

DN: В других странах Вы были?
ИУ:Да, я была в Испании, Франции. Но мы были и на российских фермах, откуда я многое почерпнула.
Мы долго думали, с кем работать, консультантов к нам приезжает очень много. Но есть определенная ментальность людей, например, чехи. Во-первых, с ними нет языкового барьера, во-вторых, люди, по моему мнению, более открыты. Очень часто, когда ездишь даже по российским фермам, не любят раскрывать какие-то нюансы, не все рассказывают. А здесь делятся всем. То есть самый большой объем информации, которую я получаю, я получаю здесь. И видя результат, особенно по кормам, по работе с животными, я думаю: от добра добра не ищут. И выбирать что-то другое я пока не хочу.

DN: Сейчас какие у Вас показатели и чем Вы занимаетесь? Насколько сегодня изменилось животноводство у Вас по сравнению с 2011 годом?
ИУ:После 2011 года мы начали работать вплотную с «Геносервис Руско» и «GENOSERVICE Corp. a.s.». Почему именно с ним? Для меня важно, чтобы человек не просто продавал товар, но, чтобы было сопровождение этого товара. Можно продать товар, а можно продать систему работы с этим товаром. То есть у нас идет не просто продажа биоматериала, но и обязательно обучение, идут консультации, причем консультации по сопровождающим областям: кормлению, содержанию, той же работе с людьми. Но главное, я знаю, это порядочные люди, и сюда в Россию они привозят именно то, с чем я могу не за 10, не за 15 лет получить от своих животных самый высокий генетический материал, а уже через 2 года получить то, что мне нужно.

DN: Насколько нам известно Вы стояли у истоков создания в Российской Федерации НКО Ассоциация производителей КРС голштинской породы?
ИУ:С 2011 года мы поняли, чтобы получать большие результаты, нам необходимо общаться. То есть все равно у нас в стране есть какая-то общность, фанаты, которые заражены жизнью коров. Даже не просто идеей получения прибыли. И мы понимали, что нам нужно как-то объединиться. Все из нас выезжали неоднократно в зарубежные страны, посещали выставки, выводки животных, закупали скот из-за рубежа. И мы невольно анализировали и понимали, какое место Ассоциации заводчиков той или иной породы занимают в мире.  Конечно, очень сильно сказалась наша работа с чешскими коллегами.  В контакте  с ними  у нас отсутствовал  языковой барьер, ощущалось постоянное  желание делиться не только тонкостями технологического процесса, но и раскрыть структуру племенного дела.

В  2012 году при  активной информационной поддержке господина Груссманна и компании «Геносервис Руско», ЗАО «Нива» и «Клондайк» зарегистрировали НКО   Ассоциация производителей КРС голштинской породы.  Работа шла по многим направлениям – это и  разработка   нашего устава Ассоциации совместно с чешской Ассоциацией производителей КРС голштинской породы, знакомство с технологией   подготовки животных к выводке, подготовка бонитеров и многое другое.
В первое время Ассоциация имела региональный уровень. Мы проводили семинары, принимали участие в конференциях, активно искали единомышленников, понимая, что нам необходимо расширение, причем нужны новые фермы из других регионов, активные собственники нового мышления. Именно некоммерческая организация может сделать больше, мы можем инициировать законы, помогать другим в работе с нашей породой, чтобы люди учились не на своих ошибках. Самое главное, сейчас мы уже четко понимаем, куда и зачем мы будем двигаться в развитии нашей Ассоциации дальше.

Сейчас в нашей Ассоциации хозяйства Тамбовской, Липецкой, Московской областей, Краснодарского края. Надеемся, что в ближайшее время ещё три комплекса станут нашими членами.

DN: Правильно ли я понимаю, что ассоциация сейчас признана? Есть ли какая-то надструктура над ней? Кто контролирует деятельность голштинских ассоциаций в мире?
ИУ:Существуют ассоциации производителей КРС голштинской породы. Их в Европе 28. В мировую Ассоциацию входят сейчас 44 страны. В конце сентября 2014 года российскую ассоциацию приняли в европейскую конфедерацию, заводчики Европы нам сказали: добро пожаловать в семью голштинов!.  Это первая и пока единственная Ассоциация заводчиков из  нашей страны, принятая в международную систему. У европейской ассоциации существует правление, выбранное из 6 членов ассоциации. Мы выбирали председателя, директора ассоциации. Последнее заседание международной ассоциации было в конце марта  этого года в Аргентине. Мы не принимали участие в данном мероприятие, но подготовилифильм о нашей Ассоциации,который можно увидеть на сайте Dairy news.

DN: Какую цель преследует ассоциация?
ИУ:Наша цель – это прежде всего ведение племенной книги  по нашим животным, зарегистрированным в   базе данных. Только  такой путь организации учета возможен для налаживания племенной работы при вхождения в мировую систему. У нас  разработан регламент племенной книги.  Ведется оценка экстерьерного профиля  первотелок бонитерами Ассоциации.
Основная задача – это привести в соответствие с требованиями ICAR все процессы внутри Ассоциации: работу бонитеров, проведение контрольных доек, работу молочных лабораторий,  базу данных племенной книги. Это позволит в самое ближайшее время систематизировать данные для развития породы, выбрать наиболее качественных с точки зрения здоровья и продуктивности   животных, при этом повышая их генетику  еще на более высокий уровень  через правильный подбор биоматериала.

Пользуясь случаем, хочу выразить особую благодарность Андрею Сологубу и компании Фосс, который веря в светлое будущее нашего дела  на безвозмездной основе осуществил поставку прибора для молочного контроля в  региональную  лабораторию.

DN: Когда и где можно ознакомиться со структурой племенной книги?
ИУ:Я думаю, что к автопробегу «Дорога молоку» , который ,мы надеемся, пройдет и через  ЗАО «Нива». Наша задача сейчас – отладить молочный контроль, для получения  точных данных  по «икаровской» системе, чтобы мы  смогли сказать, что мы уже работаем по международной системе.

DN: Как у Вас складываются отношения с федеральным министерством сельского хозяйства?
ИУ:Хороший вопрос. С одной стороны уровень развития сознания собственников животных новой формации – это результат планомерной политики руководства регионов и страны по развитию животноводства. Анализируя экономику производства молока и уровень помощи, оказываемую государством, в тех же европейских странах, мы  осознаем, что у нас прекрасные условия для развития молочного бизнеса.  К сожалению, не все чиновники это понимают. Некоторые привыкли работать по старинке, включая административный аппарат прежней планово социалистической системы и никак не могут перестроиться на новые рельсы, почувствовать, что мир давно вокруг них изменился.

Подавляющая  часть хозяйств – это частные структуры. Мы вкладываем  свои сбережения в средства производства, наши животные – это наш капитал и мы хотим  сами решать , что   с нашими животными делать  и по какому пути развивать нашу породу. Почему  пара чиновников совместно с единственной  коммерческой структурой по  производству и продаже биоматериала  разрабатывают инструкции, например туже методику оценки быков или завозимого на территорию нашей страны импортного биоматериала без обсуждения с широкими производственными кругами данного вопроса? Или мы сейчас четко видим, что существует политика двойных стандартов для импортеров семени. Кому –то можно все, кому-то ничего! Четких правил игры не существует! Все решается кулуарно! Причем эти правила могут тут же, практически на коленке придумываться и утверждаться! Хотя, в конечном счете, все это делается для нас и ради нас,  производственников!
С большим вниманием следим за процессом обсуждения направления реформ в структуре племенного животноводства РФ, организованным  сразу на двух площадках: Общественная палата  Президента РФ, Национальный союз производителей молока.  Поддерживаем все эти начинания и говорим, что мы  готовы и хотим разделить с государством ответственность за развитие породы, совместно с ведущими нашими научно-исследовательскими институтами  указать путь развития породы. Но первичны в этом процессе должны быть мы, хозяева животных!

DN: Что вы сейчас хотите от государства? Вам нужна его помощь?
ИУ:Без помощи государства нам не справиться по многим причинам. Во первых, нам нужна работающая система идентификации скота  по  всей стране (без этого нам сложно будет соответствовать требованиям ICAR). Во — вторых,  политическое признание со стороны нашего  руководства роли Ассоциаций заводчиков в структуре племенного животноводства РФ.  Я хочу подчеркнуть, что именно Ассоциации заводчиков, хозяев животных с наделениями их рядом полномочий: ведение породной племенной книги, разработка селекционной программы, племенного индекса, выдача сертификатов на голову. Выполнение этих задач невозможно без изменения законодательной базы, причем на самом высоком уровне. Я имею ввиду федеральный закон о племенном животноводстве. В третьих, назрела необходимость изменения подхода к финансированию мероприятий в области племенного животноводства.  Это прежде всего, финансирование инфраструктуры: молочные, генетические лаборатории, создание и ведение породных племенных книг, работа региональных информационно селекционных центров. Взвалить все эти затраты на плечи бизнеса невозможно!

DN: Какую цель преследует ассоциация?
ИУ:Наша цель — создание племенной книги, систематизация всех знаний, развитие генетической породы для того, чтобы предприятия, которые находятся в ассоциации, могли выходить на более высокий уровень, повышать свою эффективность и рентабельность.

Подробнее читайте на © DairyNews.ru  http://www.dairynews.ru/news/tak-slozhilis-zvezdy-intervyu-s-zamestitelem-direk.html